Хребет России / серия 2 из 4 / (2010)

О зарождении особого государства в государстве – Великой Горнозаводской Державы, которая жила по своим законам, имела своих правителей и даже собственную армию. "Если все коллегии Петровского правительства контролировали соблюдение законов, то горная берг-коллегия следила за их неукоснительными… нарушениями. Были даже составлены так называемые "берг-привилегии", то есть список правонарушений, которые можно и должно совершать ради процветания горных заводов".
О значении великого уральского транспортного пути. "Если заводы можно сравнить с нефтяными скважинами той эпохи, то река Чусовая – трубопровод, а пристани – вентили. А, как известно, кто сидит на трубе и крутит вентиль – тот владеет всем".
О печально знаменитых скалах-бойцах на реке, по которой сплавлялись барки с железом. "Это такой огромный плавучий ящик, груженый пушками и железом. Управляют баркой четырьмя веслами-бревнами. Каждое бревно двигают 10 человек. Они шли караванами по 200-300 барок. Неповоротливые, громоздкие. И то и дело шли ко дну после удара об острые бойцовые скалы. Их тут много, знаменитых – боец Мултык, боец Печка, боец Великан, боец Разбойник. В среднем "убивалась" каждая 30-я барка".
О появлении рода Демидовых, на фамильном гербе которых красовалась надпись: "Другие говорят, а мы делаем". "По одной легенде, в подвале этой башни Акинфий чеканил фальшивые монеты, а когда нагрянула царская ревизия, велел его затопить. Вместе со всеми мастеровыми. По другой легенде, в этих стенах он живьем замуровывал бунтовщиков".
О том, откуда есть пошли… огороды. "На заводах провиант давался скудный, рабочие вынуждены были сами себя обеспечивать. Им ежегодно в конце лета назначался 3-недельный отпуск, чтобы они могли уделить внимание подсобному хозяйству. Так и появились российские огороды".
О столкновении интересов рабочих и крестьян. "Яркая страница пугачевщины – штурм демидовского завода в Старой Утке. Две атаки рабочие отбили картечью, но третья пугачевцам удалась. И ворвавшиеся на завод крестьяне безжалостно порубили мастеровых. Важно сказать, что в тот день в городе не было ни солдат, ни офицеров. Рабочие защищали свое предприятие собственными силами. Это была гражданская война в чистом виде. Точнее, рабоче-крестьянская война".
…И примкнувших к этой борьбе башкир. "Они штурмуют Уфу и Казань, ищут и находят поддержку у единоверцев в Турции, на Кавказе, в Крыму, жгут горные заводы. Со времен Грозного и до Пугачева они восстают здесь 9 раз. А у русских властей на такие вещи всегда был один ответ – казаки. Так здесь появляется Оренбургское казачье войско…"
О Фер-Шампенуазе челябинского розлива. "Это поселок Париж. А вот и Эйфелева башня. А, с другой стороны, какой еще быть ретрансляционной вышке в поселке с таким названием? Парижем его назвали казаки, вернувшиеся из французского похода в 1814-м. Тут же, рядышком есть свои Берлин, Лейпциг, Прага, а в 20 километрах отсюда – Фер-Шампенуаз. Были столицы – стали станицы".
О трех правдах, сменивших друг друга за сто лет. "До Революции на этом памятнике в Кунгуре была надпись: "В память спасения города от пугачевских шаек". В советское время ее подредактировали и она приобрела такой вид: "В честь борьбы кунгурских крестьян против крепостничества". Ну, а это уже постсоветский компромисс: "Благодарные потомки – храбрым предкамъ". Причем, что характерно, надпись стилизована под старый русский шрифт с "ятями". Как будто всегда так и было…"