Разум и чувства / Sense and Sensibility (1995)

1995 год стал в англоязычном кино годом Джейн Остин. Словно стараясь достойно отметить 220-летие писательницы, оказавшейся в какой-то мере даже культовой фигурой лишь начиная с XX века, кинематографисты сняли сразу три версии её романов «Разум и чувства», «Гордость и предубеждение» и «Эмма». Хотя и в прошлом несколько раз обращались к прозе «британской литературной леди». К стремлению английской актрисы Эммы Томпсон (правда, она имела филологическое образование) адаптировать для кино самый первый роман знаменитой соотечественницы можно было отнестись со своеобразным предубеждением. Но после того как она впервые в истории среди актрис была отмечена «Оскаром» за сценарий, а сама лента хорошо прошла в прокате США ($43,2 млн.), ещё лучше — в мире ($134,6 млн. — то есть бюджет был превзойдён более чем в 8 раз), Томпсон имела все основания для гордости.

Фильм «Разум и чувства», казалось бы, вполне соответствует нынешней моде на современное, но тактичное переосмысление классических произведений о нравах в минувшие времена. Например, «Хауардс Энд» Джеймса Айвори, «Эпоха невинности» Мартина Скорсезе, «Маленькие женщины» Джиллиан Армстронг (кстати, очередная экранизация книги «американской литературной дамы» Мэри Луиз Олкотт) были благосклонно приняты американской публикой, которую вроде бы принято считать туповатой, больше зацикленной на кинокомиксах и фантастике.

Проще всего предположить, что в США, чья история насчитывает чуть более двух столетий, а национальный менталитет состоит из множества перемешавшихся духовных опытов людей не только разной национальности, но и различного цвета кожи, ещё существует тяга к исконно англосаксонской культуре предков, которые отправились на завоевание Дикого Запада, словно в поисках милтоновского «потерянного рая». Однако всё обстоит вообще-то посложнее — литература прошлых веков оказывается необходимой для сегодняшних зрителей именно потому, что продолжает звучать по-прежнему актуально, а некоторые из литературных персон, намного опередившие своё время, только сейчас оцениваются по заслугам. И Джейн Остин — в первом ряду таких запоздало признанных гениев.

«Разум и чувства», «Чувство и чувствительность», «Здравый смысл и чувствительность» — писательница поставила в тупик переводчиков своего первого романа, начатого в 1795 году, а изданного после ряда переработок только в 1811 году — в другом столетии и в иные литературные времена. Поскольку одно из поздних произведений Остин, которое вышло спустя год после её смерти, программно называлось «Доводы рассудка», а слова «здравый смысл» и «чувствительность» довольно часто повторяются в разных романах, это без сомнения заставляет убедиться в том, что для Джейн Остин не было ничего важнее, чем духовный напряжённый спор между двумя типами мировосприятия и поведения в жизни. А образно-гиперболически предложенный ещё Джеймсом Айвори конфликт между разумом и чувством в картине «Джейн Остин на Манхэттене» (подчёркнута почти анекдотическая перекличка её девичьей пьесы 90-х годов XVIII века с американской современностью) как раз точно и исчерпывающе понят в адаптации Эммы Томпсон. И умно воплощён на экране режиссёром Ан Ли, выходцем с Тайваня, который прежде прославился остроумной и трогательной комедией нравов «Свадебный банкет».

У исполнительного продюсера Сидни Поллака был чёткий и продуманный расчёт, что взгляд на семейно-житейские перипетии в среде не очень знатных и богатых британских аристократов в конце XVIII столетия будет как бы стереоскопическим благодаря тому, что пересекутся точки зрения изнутри и со стороны. Впрочем, и Эмма Томпсон, перерабатывая роман Остин для кино, проделала примерно ту же постмодернистскую (но деликатную) операцию с текстом, как и её соотечественник Кристофер Хэмптон, который превратил известный эпистолярный роман «Опасные связи» француза Шодерло де Лакло в пьесу-хит, в 1988 году с блеском перенесённую на экран Стивеном Фрирзом. Кстати, и «Разум и чувства» первоначально создавался как роман писем между двумя юными сёстрами — Элинор и Марианной, которые переживают свои первые любовные истории, познают разочарование и внезапное счастье.

Традиции французской литературы эпохи Просвещения с её логическим, но не лишённым разумной сентиментальности, доказательством неоспоримых моральных максим (не случайно, что острая на язык Джейн Остин была ценительницей философских изречений Ларошфуко, Монтеня и Лабрюйера), несомненно ощущаются в виртуозно сокращённой томпсоновской версии. Остаётся изящное, утончённое, пусть и иронически-комичное описание романтических страстей и матримониально-корыстных побуждений различных героев, которые обрисованы то с тёплой симпатией, то с язвительным сарказмом. Но более выпукло и зримо, чем в дебютном «сочинении леди» (именно так оно было подписано при первом издании), и со знанием того, какой дальнейший путь прошла в литературе автор «Доводов рассудка», разыграно некое представление-аллегория, почти классицистское по форме, но живое по своей сути и привлекательное по исполнению.

Создателям фильма «Разум и чувства» удалось как раз примирить две человеческие склонности — всё оценивать строгим умом или же отдаваться во власть собственного сердца. Есть некоторое лукавство в том, как доказывается, что не всегда права старшая сестра Элинор, больше доверяющая голосу рассудка — ей в награду достаётся вроде бы уже потерянный для неё жених Эдвард. А излишне впечатлительная Марианна, которая испытала крах скоропалительной любви к самовлюблённому красавцу Уиллоби, обретает счастье там, где не искала — немолодой (по меркам того времени) полковник Брэндон предлагает ей руку и сердце. Два брака, заключаемые, согласно роману, с немалым промежутком, объединены по воле Томпсон и Ан Ли вместе — лишь для того, чтобы продемонстрировать триумф нерасторжимости не только святых уз супружества, но и неразрывной связи здравого смысла и чувствительности.

Авторы вмешиваются в действие, будто античный Амур, помогающий нерадивым влюблённым наконец-то соединиться друг с другом. Или же как мудрые кукловоды, они направляют своих марионеток прочь от бездны отчаяния и несчастья. Всё складывается как нельзя лучше — словно в буколической истории, романтической сказке о том, как двое встретились, полюбили, вышли замуж и умерли в один день. Это ведь не «Опасные связи», не «Манон» аббата Прево, которые подтверждали от противного, наперекор Року, торжество погубленной любви и позднее раскаяние тех, кто изменил своему чувству. Но и не «Жак-фаталист» Дени Дидро, не без горькой иронии стремящийся восстановить прежде нарушенный статус-кво в отношениях мужчины и женщины. Сама Джейн Остин с так и не прояснённой личной драмой осталась старой девой и умерла на сорок втором году жизни. Её же литературные романы заканчиваются подчас поспешными развязками, которые осчастливливают героев, хотя нельзя не заметить снисходительной, но доброй усмешки сочинительницы — она благословляет, будто пастор (являясь, между прочим, дочерью провинциального священника) на долгий и умиротворяющий союз.

Этот слегка иронический пафос английской писательницы великолепно почувствован и передан в современной американской ленте, чей непременный хэппи-энд чуть пародирует голливудские образцы любовных историй ХХ века. «Разум и чувства» — весёлое, трогающее душу, дающее пищу уму и просто отлично сделанное кино. Напрасно некоторые критики посчитали, что на фестивале в Берлине картина получила главный приз по соображениям политкорректности. Но председатель жюри Никита Михалков был на сей раз прав, оценив вместе с коллегами художественную безупречность фильма Ан Ли, поставленного по сценарию Эммы Томпсон. Забавно, что Томпсон на родине уступила приз Британской киноакадемии за адаптацию, но в качестве компенсации удостоилась премии за роль Элинор, сыгранную менее рассудочно и с чувством — в отличие от ряда её работ, включая «оскароносную» в ленте «Хауардс Энд».