Кандагар / Safar e Ghandehar MVO (2001)

Сюжет: Канадка афганского происхождения Нафас (Нелофер Пацира) получает письмо из Афганистана от своей сестры, которая хочет совершить самоубийство в день последнего солнечного затмения второго тысячелетия. Нафас нелегально возвращается на родину, и двигается в Кандагар, сопровождаемая сначала подростком, отчисленным из школы, а затем афроамериканцем (с фальшивой бородой), недавно обращённым в ислам. По мере своего путешествия Нафас с ужасом узнаёт всё больше и больше о талибанском Афганистане, о порядках, теперь царящих здесь: дети-мародёры, обилие безногих, подорвавшихся на минных полях, запрет на песни и танцы, и многое другое… Все свои мысли по этому поводу Нафас записывает на диктофон.

Создание фильма: Бо льшей частью фильм снимался в Иране, но некоторые сцены были отсняты на территории Афганистана. Многие актёры, включая Нелофер Пациру, сыграли сами себя. Фильм вышел на персидском, английском, польском языках, на языке пушту.

Интересные факты:
- Впервые фильм был представлен 11 мая 2001 года на Каннском фестивале, и поначалу не снискал особой популярности. Однако, после событий 11 сентября, случившихся вскоре, обрёл значительную известность.

- В течение 2001—2003 гг. фильм 9 раз номинировался на разнообразные награды, и выиграл три из них.

- Премьерный показ в разных странах:
Франция: Каннский кинофестиваль — 11 мая 2001 года; широкий экран — 24 октября 2001
Великобритания: Эдинбургский кинофестиваль — 15 августа 2001 года; широкий экран — 16 ноября 2001
Канада: Международный кинофестиваль в Торонто — 8 сентября 2001 года; Международный кинофестиваль в Ванкувере — 30 сентября 2001 года
Испания: Международный кинофестиваль в Вальядолиде — 26 октября 2001 года; широкий экран — 23 ноября 2001 года
Греция: Международный кинофестиваль в Салониках — 10 ноября 2001 года; широкий экран — 23 ноября 2001 года
Южная Корея: Международный кинофестиваль в Пусане — 11 ноября 2001 года; широкий экран — 1 марта 2002 года
США: широкий экран (Нью-Йорк) — 14 декабря 2001 года; кинофестиваль в Висконсине — 4 апреля 2002 года
Швеция: кинофестиваль в Гётеборге — 26 января 2002 года; широкий экран — 1 февраля 2002 года
В прокате в США длительность фильма сокращена на 4 минуты.

Немного о сюжете и награды: Сам режиссер определил жанр фильма, как "справочник для туриста" - настолько эта картина близка к документальным кадрам из жизни Афганистана. Сюжет, взятый из реальной жизни, уводит молодую журналистку - беженку из Афганистана, живущую в Канаде, - в погоню за временем и за жизнью. Она получает письмо от своей отчаявшейся сестры, которая собирается покончить жизнь самоубийством в день солнечного затмения. В запасе всего несколько дней и неимоверный путь, в течение которого она доверяет свою жизнь абсолютно разным незнакомым людям.
Есть вещи, которые для кого-то являются кошмаром, а для других - это реальная жизнь. Протезы, летящие с неба на маленьких парашютах, маленькие мальчики, разбирающие и собирающие автоматы на уроках, свадебная песня, по западным меркам больше похожая на траурную... Такова картина, предстающая перед глазами Нафас - главной героини фильма. Это предупреждение для тех, кто ждет сказачного очарования Востока в "Кандагаре". На самом деле реальность больше похожа на миф, очень даже страшный.

Фильмы Махмальбафа запрещены на родине, но получают призы по всему миру. "Кандагар" за неполные два года существования завоевал почетнейшие награды:

Будучи фильмом конкурсной программы Каннского фестиваля в 2001 году, он получил “Приз экуменического жюри”. В дипломе сказано: “Фильм предлагает нам парадокс эстетически волнующих видов и сильнейшего сдерживания чувств. Это одновременно и притча о надежде и картина современной действительности, ярко освещающая отчаянное положение женщины и все ужасы войны.”
Фильму также присуждены:
Приз ФИПРЕССИ на фестивале в Салониках;
Награда за лучшую режиссерскую работу на фестивале “Арсенал” (Латвия, 2002 год).
Фильм был и участником авторской программы Петра Шепотинника “8 с половиной” на ХХIII Московском МКФ 2001 года

Канны, 2001год.:

- “Кандагар” – первый художественный фильм об Афганистане за очень долгое время. Как вам удалось осуществить проект?
- Некоторые из документальных кадров были сняты на Пакистано-Афганской границе, некоторые – на севере страны, где правит Ахмад Шах Массуд…Сам я снял фильм “Мотоциклист” в 1998 году – историю об афганском изгнаннике на границе страны. 250 лет назад Афганистан принадлежал Ирану. Из-за войны с Советским Союзом в 80-х и последующего прихода к власти Талибов шесть миллионов афганцев покинули страну, из них два с половиной миллиона сбежали в Иран. Мы все общаемся с ними в нашей повседневной жизни. Это рабочие…
Однажды ко мне пришла молодая женщина-афганка, беженка, живущая в Канаде. Она только что получила отчаянное письмо от своей подруги, которая решила совершить самоубийство из-за невыносимых условий в Кандагаре. Пришедшая ко мне женщина хотела вернутся на родину и во что бы то ни стало помочь своей подруге. Она просила меня пойти с ней и снять ее путешествие как фильм.
- И вы пошли с ней?
- Нет. Но позднее я тайно проник в Афганистан и воочию увидел полную драматизма жизнь его коренных жителей. Вот после этого я начал свои исследования, я критически разбирал тысячи страниц официальных документов об экономике, политической и военной ситуации в стране…Естественно, также я читал и литературу и смотрел документальные кадры. Но эта история о путешествии Афганской женщины в Кандагар все же осталось основой для сценария. Естественно, я добавил немного своего воображения и информацию, которую я был способен собрать. В фильме подруга становиться младшей сестрой.
- А другие персонажи вымышлены или тоже существуют в реальной жизни?
- В сущности, все они существуют. Американский военный активист, у которого появились серьезные сомнения, например…
- Что для вас представляет Нафас? (главная героиня фильма)
- Она символизирует афганскую женщину, которая обнаружила для себя лучшую жизнь – в Канаде. Она хочет вернуться домой, но она не чувствует себя одной из “средних” афганских женщин, которые, по большому счету, являются всего-то частью гарема мужчины. Nafas по-афгански означает “дыхание”. “Бурка” (платье, носимое афганскими женщинами; закрывает все тело) мешает женщинам дышать и быть свободными.
- Относясь с уважением к вашему методу работы разрешите спросить, на какой стадии вы нашли форму воплощения идеи для этой картины?
- Этот фильм представляет собой нечто вроде справочника для путешествия. Эта форма пришла ко мне во время написания сценария и эволюционировала во время съемок. Например, сцена свадьбы была придумана прямо на месте съемок. Когда вы смотрите на этих женщин, завернутых в бурки, вы видите некую эстетическую гармонию снаружи. Но внутри, под каждой буркой, каждая женщина задыхается. Это странное противоречие. Не имея возможности показать свою физическую красоту, женщины стремятся украшать свое одеяние.
И те невнятные песни, похожие на бормотание, для нас кажутся странными и неподходящими для свадьбы. Я никогда раньше не слышал такой грустной песни, предназначенной для свадебной церемонии.
- Как вы можете объяснить, что страна с такой древней историей цивилизации сегодня утопает во мраке?
- Афганцы просто застряли в своей древности. Подобно Резе Шаху в Иране в 30-х или Ататурку в Турции, Аманоулах пытался внести зерно прогресса в свою страну, но он столкнулся с невероятным религиозным сопротивлением. Можно даже сказать, что эта страна “привита” против современной цивилизации.
В начале 21 века у Талибов проблема с изображением! У них нет кино, запрещены даже телевизоры. Их газеты не печатают фотографий и рисунков. Занятие фотографией или рисованием считается аморальным. Запрещена музыка. Школы для девушек закрыты. Женщины вообще ни на что не имеют права – даже на общественную баню. В 1996 году Талибы приказали сжечь дотла огромную библиотеку в Катуле, в которой было около 55 тысяч томов. Согласно докладу ООН сегодня миллион афганцев постоянно находятся под угрозой быть убитыми. И это не считая миллионов, которые потеряли свои ноги на минах…Но мир больше подавлен зрелищем сломанных статуй Будды, чем судьбой человеческих существ, населяющих эту землю…

Рецензия:
Реальная притча

Почему-то с момента появления этой работы иранского режиссёра Мохсена Махмальбафа на Каннском кинофестивале 2001 года её стали называть на других языках просто «Кандагаром» (вот и в наш прокат она вышла именно под таким заголовком). Хотя имеет немалое значение оригинальное название фильма «Сафар э Гандехар», то есть «Поездка в Кандагар». Ведь никакого Кандагара в этой картине, по сути дела, и нет, а есть лишь предпринятое путешествие без конца и, честно говоря, без какой-либо надежды разыскать сестру главной героини Нафас (её играет реальный прототип — канадская журналистка Нилуфар Пазира, афганка по происхождению), намеревающуюся в момент солнечного затмения покончить жизнь самоубийством. Но и типичное «кино дороги» вообще-то оборачивается (вполне в духе «Профессии: репортёра» Микеланджело Антониони или нескольких лент его последователя Вима Вендерса) практически лишённым возможности познать окружающую реальность, неким агностическим запечатлением всего происходящего, которое остаётся загадочным и ускользающим от понимания, тем более — для представителей западной цивилизации.

Экзотика места действия и странность восточного образа жизни поневоле заставляют многих воспринимать фильм Махмальбафа как своеобразную притчу с яркой метафоричностью — благо, что в картине имеются чрезвычайно красивые или весьма необычные кадры, способные даже смутить своей этической безжалостностью. Как, допустим, в дважды повторяющейся сцене сбрасывания с самолёта неких предметов, которые оказываются… протезами, столь необходимыми десяткам людей-инвалидов, подорвавшихся на минах, так что они устремляются в некую гонку на костылях, желая заполучить «искусственные ноги с Запада».

Но аллегорические интерпретации — всё-таки от лукавого, поскольку Махмальбаф, будучи, на самом-то деле, одержимым на протяжении чуть ли не всего творческого пути проблемой «эстетического отношения искусства к действительности» (что очевиднее выражено в его работах «Хлеб и горшок с цветком» / «Миг невинности», «Габбе» / «Персидские ковры» и «Салям, кино!»), в первую очередь верит в реальность как она есть. А то, что документированный при помощи кинокамеры мир обнаруживает свою скрытую поэтичность и глубокую философичность или, напротив, уродливую сущность из кошмарных снов и сюрреалистических видений, лишь подтверждает расположенность режиссёра ни за что не отворачиваться от действительности и внимательно вглядываться в неё, даже рискуя жизнью, как на съёмках «Поездки в Кандагар».

Между прочим, после событий 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке эту ленту, прежде понимавшуюся преимущественно в образном плане (на что провоцировало и её рабочее название «Солнечное затмение»), начали трактовать наоборот — как своего рода пропущенное предостережение о «забытом Афганистане». Теперь о нём вынужденно вспомнили, но превратили в новую мишень для демонстрации военной мощи и политической воли Запада, который меньше всего интересуют обычные люди, проживающие на территории от Герата до Джелалабада и от Мазари-Шарифа до Кандагара.

Мохсен Махмальбаф лично совершил летом 2000 года нелегальное путешествие по Афганистану, переодевшись афганцем и отрастив бороду, попытался узнать эту реальность изнутри и передать нам человеческое отчаяние тех, кто стал изгоем в своей стране ещё до того, как она была объявлена «всемирным изгоем». Бегущие на костылях за вожделенными протезами — это не ужасающий символ, придуманный ради эффектности зрелища. Хуже всего, когда подлинная действительность начинает походить на пригрезившееся кинематографическое безумие.

Сергей Кудрявцев. Кинокритик.
2002